Как отклик на пост про фильм “Русалки”, пришел такой комментарий: кажется, я именно так и “строю” свою женственность – не хочу быть такой, как моя мать и даже когда-то приняла решение, что не буду… Мне всегда казалось это нормальным, но сейчас не понимаю, что с этим делать?

И вот чем мне бы хотелось поделиться по этому поводу.

Как-то я публиковала ссылку на мини-сериал “Жила-была одна баба” (не рекомендую, но ссылка здесь). К слову сказать, страшный сериал, после чего мне многие написали: “Женя, там слишком много жестокости, убери, такое нельзя смотреть“.

Я с этим согласна до глубины – сама не выношу жестокость + можно долго рассуждать об исторической правде или неправде. Но я смотрела не с этой стороны, а со стороны судьбы одной женщины, очень трудной судьбы.

Смотрела, стараясь не скатываться в воронку травмы и не испытывая гнева, осуждения, а обычное человеческое сострадание и прощения за то, что так было. Это важно знать, что было по-разному, но чаще всего женщинам было трудно.

У моей мамы, бабушек, прабабушек… и дальше – тоже непростые судьбы, именно женские судьбы. Где-то было невероятно тяжело, где-то материально все были сыты и здоровы, где-то не очень. Но как женщинам им было очень тяжело.

Так, моя мама несет в себе массу непрожитых чувств своей мамы, (бабушка не могла и не умела выражать свои чувства, не говоря уже о том, чтобы как-то проявить любовь или одобрение), она несет в себе многие травмы нелюбимости и обесценивает свое женское начало, свою женственность. Хотя со стороны может казаться, что мама – очень привлекательная женщина и у нее все хорошо.

И у нас действительно были непростые отношения, в которых приходилось преодолевать много боли, чтобы прийти к теплу и контакту – раньше было отсутствие контакта, которое постоянно проявлялось этой самой претензией и отрицанием “не буду такой. никогда.”. Пока я не осознала, что так больше продолжаться не может. Можно постоянно проваливаться и воспроизводить эту претензию, но ничего хорошего это в мою жизнь не приносит.

И приходилось трудиться сердцем, пока не хлынул поток сострадания и прощения – ко многим матерям рода, не только по отношению к своей маме, но и матерям вообще.

Все бабушки-прабабушки – тоже матери… Кто-то из них хотел быть хорошей матерью (в своем представлении). У кого-то получилось, у кого-то нет. Кто-то сдал свою кроху в интернат, чтобы как-то после революции устроить свою судьбу. Кто-то ушел из жизни очень рано, оставив крохотную девочку на руках почти чужих людей. Таковы судьбы моих бабушек, которым не досталось ни матери, ни любви. У них по жизни было невероятно трудно с чувствами + пришлось пережить войну.

И моей матери не досталось любви. Бабушка (ее мама), как и ее бабушка сдала новорожденную кроху в ясли – оставила ее в младенческом возрасте. Отцу тоже не досталось – его мать как сирота сама постоянно пыталась найти любовь и нуждалась в ней. К тому же он закрывает собой большую травму в  роду.

В этом много боли, много горя, разобщенности, разрыва контакта, связи. На человеческом уровне там было мало или вовсе не было чувств, любви. Когда мы работаем на уровне души – там много любви, очень много любви. Но так как мы – простые люди, часто не соединены с этим уровнем. Но в нас много понимания и есть возможность вот также смотреть и чувствовать сострадание, принятие – внести свет туда, где темно, где больно, где запуталось и перепуталось.

Мне не нужно погружаться во все это, проживать, нести в себе. Все это уже прожито. Но я могу принимать, понимать, направлять огромный поток сострадания, прощения своего сердца. У меня сердце разрывается каждый раз, когда это происходит. И вставать таким образом на взрослую позицию, выходя из детских ожиданий, претензий, что не дали любви и вообще  мной не занимались. И оставаться при этом дочерью рода – наследуя все самое лучшее, что было.

Это ваши корни и им не нужна ваша претензия (которую, к слову, не нужно зажимать, а проработать).

Им нужно ваше принятие, сострадание и чтобы вы взяли как дочь то, что возможно взять, то самое ценное, что вам принадлежит – ваше тело, вашу жизнь, ваши способности и что-то с этим делали, создавали, продолжались дальше, реализовывали себя. Остальное – вы можете оставить им, это уже прожито, возможно, много раз и вам нет необходимости в это снова проваливаться и принимать.

И таким образом, говорит Танит, вы входите в поток наследия и воздаяния. Вы воздаете – своим состраданием, прощением, отпусканием – отпусканием всего того, что не служит текущему времени и той, какой вы являетесь прямо сейчас.

Программы голода – неактуальны, одиночества – тоже не актуальны – вы можете уехать в любую точку мира с тем, кого выберете, “замуж на всю жизнь” тоже, если положа руку на сердце вы чувствуете, что это не так. Поэтому важно отпускать все то, что не служит вам.

И таким образом вы больше не проваливаетесь в родовые программы, в претензии. Вы свободны в большей степени чувствовать и выбирать – а какая я как женщина. Забыть о том, что вам говорили – какой должна быть женщина – она настолько многогранна и у каждой женщины проявлены свои грани. Сейчас это меняется. Сейчас важно то, как вы чувствуете и как это согласуется с путем вашей души. Чувствовать как проявляется и реализовывается ваше женское начало, ваша женственность. Остальное – не так важно.

Это такая взрослая позиция – я такая же женщина как и вы. Я тоже женщина и тоже ищу свой путь, свое счастье и я принимаю вашу судьбу, но не проживаю ее. У меня своя женская судьба, благословленная родом.

Вы не представляете, сколько даров открывается вслед за этим принятием – прощением – отпусканием – прежде всего даров женственности, ее проявленности и реализации.

“Не буду такой, как мама…” – и не нужно – у вас своя жизнь, только проживать ее важно не из отрицания, не отвергая, а принимая, входя в поток воздаяния через почтение и опираясь на все то лучшее, что вам дали и что в вас есть.

С радостью, Евгения Медведева