Вы когда-нибудь в своей жизни делали мгновенный выбор? Не под давлением обстоятельств, а потому что чувствовали, что это вам нужно?

Я обычно присматриваюсь, взвешиваю “за“ и “против“, но когда я впервые услышала о внутри что-то ёкнуло. В буквальном смысле – вначале что-то сказало “ой”, замерло на миг и взорвалось тысячей звездочек. Моя вселенная расширилась до необъятных просторов и завибрировала ощущением “моё”. И это “мое” начало меня магнитом притягивать.

Так чистом доверии себе, не понимая, зачем (мне даже название метода ни о чем не говорило, только внутри что-то сказало “да”) я ввязалась в затею, которая стала частью моих жизненных ценностей, мировоззрения и профессиональной деятельности.

Я мгновенно нашла в интернете институт и подала заявку на обучение. На что мне ответили – текущая группа занимается уже больше полугода, приходите в следующую. Пришлось записаться в следующую, а полгода делать все возможные и невозможные инициации, которые я тогда могла приобрести или найти.

Мне казалось, что мое предназначение постучалось ко мне в дверь и хотелось распахнуть ее пошире, чтобы ему не надо было протискиваться, и оно могло зайти полностью. Да-да-да, – кричало все у меня внутри.

К тому времени я активно изучала тему женственности. Мне было интересно, что значит быть женщиной и старалась применить на своем опыте все, что мне попадалось по этому вопросу. Также в какой-то степени я была подкована в разных практиках: энергетических, духовных, женских и прочих эзотерических штуках (я их и сама проводила и писала посты на эту тему у себя в блоге). Но все это было скорее как хобби, как увлечение. Я искала во всем этом, что же мое, и что бы могло стать моей профессиональной деятельностью. Параллельно я работала или подрабатывала в разных сферах.

Кто-то знает (с детства, со школы, с университета), что ему нравится и в какой сфере он хочет реализовываться, кем быть по профессии. А кто-то не знает – пробует себя в разном, ищет, не понимает, что его, а что нет, снова ищет. И так долгое время, казалось бы, нерезультативное время, упущенное время, но не сдается и, наконец, находит. Я из таких людей. Даже когда выбрала для себя психологическое направление, мне было непонятно, а что там мое? Ведь методов сотни, если не больше.

О таланте я не говорю. Хорошо, если бы он был, если бы все удавалось легко, а виолончель я держала с трех лет или выдавала балетные пассы. А если он не очевиден (как в моем случае – я просто хорошо училась, ни к чему особому не испытывая тяги), то ему на помощь приходит обыкновенный, ежедневный труд – поиски, пробы, ощущения «мое-не мое», усилия, прилагаемые к чему-то и практика по их оттачиванию. Если не мое, то идем дальше.

Первый день начала учебы был чем-то священным для меня. К нему я готовилась как первоклашек готовят к школе – я сократила любую другую деятельность, уволилась с подработки, подтягивала ресурсы, денежные в том числе и пополняла запасы внутренних сил, читала книгу, осваивала базовые практики…

И вот он наступил – в нем много томлений, ожидания – какая будет группа, какая я буду в ней, какой будет учеба, справлюсь ли я с ней?

Честно сказать, не помню, как прошло первое занятие. Помню, как переволновалась я настолько сильно, что не могла толком говорить – все слова вылетели прочь. Кажется, я даже забыла, как меня зовут. Или забыла, как сказать об этом. Поэтому написала дрожащей рукой в тетрадке – меня зовут так-то, я занимаюсь тем-то, пришла потому-то… А затем не менее дрожащим голосом зачитала этот текст, когда до меня дошла очередь говорить.

Мне казалось, что я сейчас умру – то ли от страха, то ли от счастья, то ли от восторга, чистого, сумасшедшего восторга, которым вибрирует все твое тело, то ли от всего этого одновременно. Эмоции и ощущения переполняли, поэтому я не помню толком, а о чем собственно было занятие.

Так продолжалось некоторое время – оглядываясь назад, мне кажется, что я настолько была рада там присутствовать, что практически не помнила, о чем занятие. Каждое из них поначалу приходилось переслушивать, так как смысл ускользал, а домашнее задание я практически не помнила.

Помню первую работу в учебных тройках (клиент – терапевт – супервизор). Это волшебное ощущение первых робких шагов – а получится ли самой вести клиента в этом методе (хотя опыт у меня уже был)? А как это? А поможет ли имеющийся опыт?

Через несколько месяцев восторг постепенно начал уходить, нет, запал остался, но он перешел в нечто другое – удовлетворение неудовлетворенных потребностей. Мой оголодавший по принятию, любви, защите и прочим проявлениям внутренний мир прознал – здесь дают “ресурс”, здесь можно “долечить” травмы, раны моей отверженности, здесь можно допитать себя тем, чем хотелось, здесь можно привычные защитные реакции, которые не совсем уместны в настоящий момент (а прошлом оказывались незаменимыми) заменить на более адекватные, почувствовать себя более защищенной и т.п.

И начал подталкивать “хочу” – хочу прожить все предлагаемые образы (не важно, в учебных тройках, на личной терапии…) и я их с упоением проживала – мне казалось мало, в бездонную внутреннюю бочку отправлялось все, что предлагалось на занятиях.

Учебные тройки я не пропускала, не хотелось упускать шанс побыть клиентом. Терапевтом я тоже была, но по ощущениям, поначалу раза в два меньше, чем клиентом. Вначале хотелось напитаться самой. Первые полгода был такой период насыщения – мне казалось, что в мою бездонную бочку какой образ “не брось” – все мало. Я не могла остановиться.

К тому времени из группы ушли те, кто по разным причинам не смог продолжать обучение. И как мне казалось, остались маститые психологи, женские тренера с кучей опыта или просто люди с хорошим жизненным опытом – и я среди них чувствовала себя овечкой среди акул и волков.

Но в какой-то момент я осознала, что многие вопросы важно прояснять, чтобы не накапливалось недопонимания и раздражения, тревожности и неудовлетворенности. И это очень пригодилось в дальнейшей работе с клиентами – так, я часто говорю – лучше задать вопрос, кажущийся глупым, чем уйти умным лицом, но с чувством недосказанности или любым другим чувством – это сохраняет контакт, укрепляет отношения ясностью и взаимным пониманием.

Но я училась, читала рекомендованные книги, переслушивала занятия, практиковалась в тройках, печатала отчеты (протоколы), делала записи и конспекты, при этом мало что понимала, но училась, посещала все занятия (к слову сказать, что я не пропустила ни одного за 2 года обучения – для меня это рекорд). Наверное, на автопилоте, потому как я совершенно была не знакома с миром психотерапии, психоанализа – я пришла из целительских практик, эзотерических, ченнелингов, духовных материалов, погружений в прошлые жизни, женских практик – и немного базовых основ психологии знала.

Но психологическим и психоаналитическим языком не владела. Поэтому когда читала рекомендованную литературу, готовилась к докладам или слушала коллег, у меня складывалось ощущение, будто я грызу гранит наук в буквальном смысле – чтобы понять каждую фразу мне нужно было ее перевести на обычный человеческий язык. Тогда я радовалась своему навыку быть переводчиком, что я умею это делать, но это было медленно и топорно, что казалось, будто я пытаюсь сгрызть камень, а в итоге лишь ломаю зубы.

Помогало мне составление конспектов – в итоге сейчас у меня лежит несколько тетрадей переписанных книг – по большей части Винникотта и Шварц-Саланта. “Черная ночная рубашка слияния” последнего остается одной из моих любимых книг, так как с нее началось понимание мира самых ранних травмы/ ранней травмы и осознанный путь исцеления.

Сейчас понимаю, что я не могла сказать не потому что не знаю, а потому что знание еще не усвоилось и не переработалось, чтобы я могла об этом рассказать спокойно, а не в теории. Все то, что нам давали в обучении усваивалось внутренним миром постепенно, сейчас уже сформировалось понимание и глубина, пусть не полное, но все же оно сформировалось.

А тогда все знания и инструменты были в новинку, и я их применяла поначалу к себе, поставив все возможные и невозможные диагнозы – мне казалось, что в любой проблеме, в любой классификации есть я и заодно все мои знакомые. Слава Богу, что через какое-то время желание ставить диагнозы себе и другим, заодно оценивать, насколько это хорошо, плохо или вовсе ужасно, проходит.

Так постепенно прошел первый год обучения – я работала над собой как оглашенная, проживая все возможные образы, делая инициации, я старалась применить все полученные знания к себе, я читала книги, делала конспекты, стараясь вникнуть в крупицы знания и хоть как-то уложить его внутри, присвоить себе.

В то же время я ощущала себя “раненым бойцом”, у которого мало сил, они уходят на то, чтобы как-то справиться со своими ранами, но который продолжает идти вперед. В какой-то момент мы сблизились с коллегой – Юлей Котиной. Я не помню, как это произошло, но мы и до этого часто попадали в одну учебную тройку, а затем стали часто заниматься вдвоем, поддерживая друг друга. Были периоды, когда она как верный боевой товарищ “тащила” меня на себе – ей можно было пожаловаться, поныть “как я устала, как все плохо…”, а потом собраться с силами и идти снова вперед.

Кстати, Юля – не просто родная мне душа, она еще и прекрасный специалист, психолог и ведущая трансформационных игр (рекомендую, ее страница ФБ здесь).

А так как силы все уходили на себя и учебу я забросила все, что можно. Мужчина ушел сам, погрузившись с головой в свои проекты. Я это предчувствовала, понимая, что у каждого своя дорога – он пойдет лечить свои раны, а мне важно пройти свой путь самой. – Большой плюс в том, что нам удалось сохранить теплые, поддерживающие отношения. Если бы не его “кто, если не ты”, а порой и просто финансовая поддержка, возможно, я бы не закончила.

Так прошел 1й год обучения – к концу года я уже не вспоминала о своем восторге, даже о том, что это “моё”, что в самом начале этот путь казался частью моего предназначения – того, что я хочу привносить в поток жизни. Вместо этого включилась сила воли – “надо идти вперед” – я и шла!

Продолжение истории “2й год обучения” – по ссылке.

С радостью, Евгения Медведева